Среда, 16 октября 2019 12:22

Кадырбаев: «Казахфильм» – это узкоспециализированная структура, которая делает прямые пропагандистские вещи

  • Whatsapp: whatsapp +77084442694 +77084442694
Оцените материал
(1 Голосовать)

Один из самых жестких отечественных кинокритиков рассказывает о кинематографическом закулисье.

Казахстанская индустрия кино — одно из самых загадочных, сказочных и волшебных мест в государстве. Откуда берутся и как финансируются отечественные киношедевры и почему так хочется взять это определение в кавычки?

- Карим, обыватели хотят знать, по каким критериям выделяются народные деньги на фильмы, от которых в подавляющем большинстве тянет блевать?

- До этого года на «Казахфильме» существовала так называемая Художественная комиссия. Я, правда, не ручаюсь, что она называлась именно так, да это и не важно. То есть собираются редактор, глава студии, заместитель, все эти главы департаментов и прочие. Сначала претендентами подавались сценарии, их отбирали, и в итоге что-то запускали, а что-то нет, что логично. Защита проектов представляла собой достаточно сложный бюрократический процесс. В этом же году был образован Центр поддержки национального кинематографа. Первый питчинг прошел летом. Суть изменений в том, что теперь деньги идут не в «Казахфильм» напрямую, а в этот Центр.

- А он под чем – под Министерством информации и культуры?

- Да, под ним. Я сумму точно не знаю, сколько там у них выделено на кино. Так вот, в этом Центре есть Экспертный совет, куда входят режиссеры, прокатчики, сценаристы, то есть люди опытные, практики. В этот совет подаются заявки с готовыми сценариями. В июне я тоже подавал свою заявку, а защищался в Академии Жургенова. У нас в среднем было 7-10 минут на защиту проекта. Мы приходили, рассказывали о проекте: сюжет, жанр, как мы планируем его прокатывать, как планируем отбивать вложенные средства, его перспективы. Если кино фестивальное, на какие фестивали оно рассчитано, какие темы затрагивает и в чем собственно его посыл.  Дальше отборочная комиссия по итогам этого мероприятия, за 3-4 дня (там около сотни заявок было, и всех надо выслушать, всем задать вопросы наводящие ) решала, что и как. И через три месяца было объявлено, что запуск получили 18 проектов, из них три уже готовых. То есть они просто получили господдержку на возврат денег, как я понял. И что-то около пяти документальных и десять художественных фильмов.

- Это на весь год?

- На полгода. Недавно начался прием заявок на второй питчинг. Структура только начала работать, нужно делать проекты. С 1 числа до конца месяца будет набор новых заявок, там люди будут защищать свои проекты.

- Сколько процентов снятых фильмов отбивают вложенные деньги?

- Очень небольшое количество, потому что как бизнес это не всегда работает,. Отбиваются где-то в среднем 30% от выпуска одного фильма за год.

- А что происходит с теми ребятами, которые пообещали финансово отбиться по проекту, но как всегда не смогли?

- Кстати, по поводу отбить. Во-первых, фильмы, которые были запущены Центром, они еще не снимаются, потому что объявили конкурс буквально в сентябре, сами понимаете, бюрократия, пока деньги выделятся, то да се. Кто был запущен, получают на предпродакшн деньги в виде первого транша, потом — на съемочный период. И опять же съемки зависят от натуры, то есть летний сюжет снимается летом, зимний, соответственно, зимой. То есть не так, что получили все деньги разом и сразу запустились.

Во-вторых, государство требует, насколько я знаю, не возврата средств, а 25% от итоговых кассовых сборов. То есть, таким образом, государство поощряет продюсеров и режиссеров этих делать максимально кассовое кино, ведь 75% от прибыли оставляет себе производитель, а возвращать затраченное не нужно.

Ну вот, например: ты взял у государства 100 тысяч долларов, заработал 500 тысяч. 250 тысяч, естественно, ушли в кинотеатры. Осталось 250 тысяч, там налоги, со всеми тратами 200 тысяч осталось, ты от двухсот возвращаешь 50 тысяч, 150 тысяч остается тебе, как производителю. Это такая мощная система поддержки именно тех людей, которые занимаются кино. Задачи возвращать деньги нет. Они же выделены на культуру, а Министерство не может зарабатывать на культуре.

- Почему произошла смена системы финансирования?

- Это цивилизованный способ работы, во всем мире он функционирует. Я сейчас не о Голливуде. Допустим, во Франции есть Центр национального кинематографа. В России - Фонд кино. Делается это для развития индустрии, потому что, например, «Казахфильм» – это очень узкоспециализированная структура, которая работает только на то, чтобы делать прямые пропагандистские вещи. Имиджевое кино, можете так назвать. И перед «Казахфильмом» вообще никогда не стояло задачи ничего отбивать в принципе. Это очень закрытое учреждение, куда попасть людям со стороны было очень сложно. То есть через программу «Дебют», через какие-то очень

сложные пути только. А сейчас каждый производитель кино, независимо от того, сотрудничал он с государством ранее или нет, есть у него какие-то заслуги или нет – у каждого есть возможность получить запуск за счет бюджета. Нужно прийти и показать, что у тебя есть зарегистрированное юридическое лицо, есть договора с кинопроизводителями, оператор, художник, режиссер, актеры. То есть, предварительные договора должны быть со всеми.

- Не верится, что в новом Центре нет лазеек для коррупции...

- Вот об этом я как раз разговаривал с новой глава Центра Гульнарой Сарсеновой. Здесь я вижу единственный способ избежать коррупционного момента – это не объявлять имена членов экспертного совета до последнего. То есть конкурсанты должны приходить, не зная, кто оценивает претендентов. Чтобы не было возможности подкупить кого-то из них.

- Ну это же фикция, у нас же все можно через сарафанное радио узнать…

- Там суть в том, что они должны максимально быстро принять решение и отдать его в Астану, в Министерство культуры. А там вообще непонятно, кто решает дальше. В экспертном совете, который работал на первом питчинге, участвовали Асанали Ашимов, Бауржан Шукенов, Вадим Галенко, там было 8 или 10 человек. Поэтому коррупции можно избежать только в том случае, если участники не знают, кому давать взятку.

- По вашему мнению этот механизм будет работать или нет?

- По-моему, должен работать. Само собой, люди у нас все равно ищут всякие коррупционные схемы, но это гораздо надежнее, чем на «Казахфильме», где все решалось за закрытыми дверями и непонятными людьми. Мы же помним историю, как вице-президента, ныне уже ушедшего на пенсию Жубандыкова, обвиняли в коррупции на фестивале «Евразия». А сейчас решения не будут приниматься централизованно одним человеком, работать будет группа людей.

 -То есть, в «Казахфильме» было много возможностей для коррупции?

- Конечно. Но никого не поймали за руку. Сложно обвинять без доказательств. Помните, как было с проектом «Феникс», когда режиссер пытался обвинить в коррупции Министерство культуры, но в итоге сел сам.

Я после объявления результатов поговорил с Сарсеновой, она сказала, что на втором питчинге будет отдаваться приоритет молодым людям, которые до этого не получали запуски. И потом, фишка в том, что Экспертный совет будет меняться из раза в раз. Чтобы была ротация, иначе коррупция по-любому будет. Сейчас, допустим, я не знаю, кто будет входить в следующий Экспертный совет, об этом еще не было объявлено.

- Если не знаете вы, то мало кто знает вообще.

- Да, и люди не знают, кому нести деньги и кому обещать откаты. Экспертный совет - это же первая ступень. Даже если ты подкупишь совет, окончательный список утверждается Минкультом в Нур-Султане.

- Некоторые режиссеры, или как их там, снимают дикий трэшак, потом опять получают деньги на следующий дерьмовый проект… Почему?

- Во-первых, везде есть право на ошибку, во-вторых, дикий трэшак снимают, как правило, на свои деньги. Есть, конечно, и те, кто снял это на государственные деньги, но в итоге почти все они исчезли.

Был такой Тохтар Карсакбаев, снявший «Качели любви», вот он отирается вокруг государственных финансов уже который год. В 2012 что ли он снял этот фильм. Видели? Дрянное кино абсолютно. Ну отирается, отирается, но ничего не получает, не выделяют ему. За государственный счет я дикие трэшаки в последнее время не вижу.

А вот киностудия «Казахфильм» – это такая структура, как и большинство госструктур, болеет гигантоманией и очень сильно любит дорогостоящие проекты. Поэтому основные деньги уходили на «Казахское ханство», «Путь лидера», «Томирис» опять же.

- Вы что ли не в восторге от «Томирис»?

- «Томирис» очень плохой фильм, даже «Казахское ханство» на его фоне выглядит хорошо.

- Вся эта театральность лучше «Томирис»?

- В «Томирис» театральности не меньше.

- Чем конкретно вам не угодила «Томирис»? В обществе ходит очень много странных аллегорий и сравнений, что это чуть ли не параллели с современной принцессой...

- На самом деле эта тема притянута за уши, потому что я никаких политических параллелей не вижу вообще. Там все очень четко прописано. Все-таки Сатаев, снимал «Путь лидера» и человек он очень аполитичный и творческий, поэтому я не думаю что он мог вкладывать в фильм какой-то второй смысл и агитировать за кого-то.

Проблема фильма изначально в сценарии. Я Сатаеву давно говорю, что ему пора менять сценариста, потому что у него уже четыре года работает один и тот же сценарист, который благополучно пишет одно и то же кино. Оно однообразное, во-первых, во-вторых, дырявое в плане истории. Может вести сюжетную линию, а потом бросить ее. Вот как «Дорога к матери», все так любят этот фильм, он народный такой. Помните, там был персонаж, который домогался до героини Джазильбековой. Они ведут эту линию, ведут долго. А потом он тупо умирает от сердечного приступа. Было лень придумать, что с ним произошло дальше? Просто умер где-то за кадром.

Вот то же самое было и в «Томирис». Там собственно, основной конфликт сложился из-за того, что отцу Томирис говорили: перестань нападать на хорезмийцев, давай будем вести торговые отношения. Он сказал, нет, мы будем дальше совершать на них набеги. Его за это убили. Собственно, набеги не прекратились. Потом, короче, Томирис убивает убийц отца - и все, эта линия завершается. Что там было с этими хорезмийцами, договорились до чего-то, не договорились – просто взяли и напрочь все обрубили, потому что дальше нужно развивать любовную линию. И вот любовная линия идет, идет и бац! - временной скачок где-то лет в 15, и что делает 15 лет Томирис и ее муж, непонятно. Показывают, что у них родился ребенок, потом показывают, что он взрослый…

- Ну это даже в Библии так - отрочество Христа тоже не описано...

- Он же не Иисус, он же сын Томирис. У него же должна как-то жизнь проходить.

- Есть какая-то статистика по кассовости частного кино?

- Есть, но она достаточно корявая, потому что о кассовых сборах объявляют только успешные продукты - Коянбаев говорит об этом, Адамбай может сказать. А люди хотят – озвучивают, не хотят – не озвучивают.

- И что, в Казахстане кино снимать выгодно или нет?

- В Казахстане, как и во всем мире – это лотерея: 50/50. То есть ты можешь снять за копейки и отбить десятикратно. Можешь вложить 10 миллионов баксов, как в «Томирис» и сказать в итоге, что когда снимаешь такое кино, подсчет денег неуместен.

Но деньги-то государственные.

Аналитический отдел Platon.asia

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Прочитано 218 раз Последнее изменение Среда, 16 октября 2019 12:27