Понедельник, 22 февраля 2021 11:54

Несправедливость, убившая судьбу...

  • Whatsapp: whatsapp +77084442694 +77084442694
Оцените материал
(0 голосов)

Через знакомых недавно услышал очень печальную историю одной женщины, чья жизнь уже давно потеряла смысл и начала походить на схватку за выживание.

Этот кошмар приключился с Денисевич Лидией Ивановной, пенсионеркой, которая в 2011 году по милости своего начальства была осуждена на 4 года колонии за растрату (внимание!!!) 9,3 миллиона тенге. Она обратилась за поддержкой в Министерство обороны, изложив свою историю в письме.

В 2007 году Лидия Ивановна переехала в Щучинск из Северо-Казахстанской области. Позднее ее семья по объявлению в местной газете нашла арендное жилье в Боровом. Хозяином квартиры был тогдашний начальник Кадетского корпуса и ныне блогер – Мухтар Серкбаев. Как выяснилось позже, квартира была на балансе военного училища, мебель имела инвентарные номера, но сейчас, как и тогда, это мало кого волновало.

Немногим позже Серкбаев предложил Лидии Ивановне работу в Кадетском корпусе на должности бухгалтера. Финансисты были против ее кандидатуры из-за неимения опыта в работе с госбюджетом и незнания компьютера. Но решение начальника в армии не оспаривается. Сам Мухтар Серкбаев, уговаривая начальника финансового отдела, говорил: «Этот человек мне нужен, и будет работать столько, сколько я посчитаю нужным».

Как рассказывала сама Лидия Ивановна: «Он, наверное, уже тогда имел виды на такого не далекого в госбюджете человека. Но так как эта должность военная, меня перевели бухкассиром. Я начисляла з/п гражданским работникам училища, а именно учителям, медикам, техсоставу, водителям и т.д.

Ещё на меня выписали корпоративную карту, на которую отправляли стипендию кадетам. Я снимала наличные в банке ежемесячно и выдавала стипендию кадетам.

Потом, мотивируя тем, что военные бухгалтера переводятся, рожают, уходят в декрет и каждый раз нужно нотариально переоформлять образец подписи, Серкбаев предложил мне оформить образец подписи на меня. Убеждал, что мне доверяют, что я постоянно на месте. А я была горда этим и дала согласие».

Позднее Серкбаев сменил ряд офицеров в финотделе и назначил начальником финансового отдела вышедшую из декретного отпуска сержанта Тналину. Там всё и началось. Они составляли на компьютере счета к оплате, и приносили счета на подпись. Видеть, что и кому начислялось Лидия не могла, т.к. вся информация хранилась на дисках, к которым допуска она не имела из-за степени секретности. Документы подписывались и увозились в казначейство. Так длилось с 09.02.2010 года по февраль 2011 года.

В феврале 11-го числа 2011 года Лидия Ивановна попала в онкологию на операцию. В тот же период в кадетский корпус приехала комплексная проверка. Не та, которую по привычке возили по ресторанам и саунам, а та, которая действительно начала полную проверку в училище.

Первые недочёты выявились на складе с обмундированием. Тогда, кума Серкбаева, которая была начальником склада, по указанию начальника за одну ночь проехалась по соседним воинским частям, взяла во временное пользование недостающее количество вещевки, и ночью, вскрыв крышу, т.к. двери были комиссионно опечатаны, подбросили недостающее обмундирование на склад.

Такие трюки проделывались постоянно, когда приезжала комиссия. Еще одним фокусом Серкбаева было хищение горючего. В конце каждого месяца, если горючее оставалось, бухгалтера оставались на ночь на работе и переписывали всю документацию, добавляя километраж. Куда девался остаток топлива – догадаться не сложно. Что касается недостающей мебели, то ее просто перетаскивали из одного корпуса, в другой, пока проверяющих отвлекали.

После операции Лидия Ивановна приехала на рабочее время, для отчета перед проверяющей. Тогда нарушений выявлено не было. Реабилитационный период после онкологии составлял примерно 6 месяцев, и для дополнительного лечения Лидия со своим мужем отправилась в Украину.

В это время, проверка выявила крупное хищение денежных средств. Срочно потребовалось найти крайнего, кем и стала Лидия Денисевич. По ее словам, «вся команда финотдела под руководством Серкбаева скинули все на меня. По их словам, я, имея единоличный доступ ко всем финансовым документам, выкрала данные и банковские карточки уволенных кадетов, перечисляла им стипендию, а потом снимала ее. Никого не волновало, что все время деньги снимались в одном и том же месте, на банкоматах есть камеры и там нет моей фотографии».

В итоге, проверка насчитала ущерб на сумму 9 380 000 тенге. Родственники помогли Лидии оплатить адвоката на сумму 150 000 тенге, но после первого слушания, адвокат, который обещал выиграть дело, перестал проявлять интерес к происходящему, а на заслушивание не явился вовсе. Так, суд признал Лидию виновной. Она отсидела 4 года, и продолжает выплачивать многомиллионный иск, получая при этом лишь часть пенсии, 37 400 тенге. После смерти мужа в 2020 году, чья пенсия хоть как-то держала семью на плаву, Лидия устроилась на работу, гардеробщицей в частной клинике. Зарплаты едва хватает оплачивать аренду жилой комнаты, а на лекарства приходится экономить, являясь при этом гипертоником 2 степени последней группы риска.

Интересно, что чувствуют такие люди, как Серкбаев, для которых жизнь человека просто не имеет значения. Лидия Ивановны теперь просит о помощи Министерство обороны не вернуть ей четыре года жизни и мужа, а отменить выплату оставшегося иска, чтобы пожить напоследок, как нормальный человек…

Задумывались ли вы, как банальная несправедливость может повлиять на человека? Кого-то она может закалить, но бывает, что она ломает жизни и губит судьбы…

Весьма мрачную историю одной женщины довелось услышать на днях.

Источник yvision.kz

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Прочитано 272 раз