Достижение однозначной инфляции к концу 2026 года может быть осложнено рядом факторов. Как пояснил в беседе с LS ведущий макроэкономист BCC Invest Айдос Тайбекулы, реалистичность достижения данной цели зависит не только от денежно-кредитных условий, но и от более широкого макроэкономического контекста за рамками мандата регулятора.
По его словам, ожидается, что инфляция в 2026 году действительно будет замедляться, однако крайне умеренно. В базовом сценарии к декабрю 2026 года годовой рост цен оценивается на уровне около 11,2%, что ниже показателей 2025 года.
«В то же время возврата инфляции к однозначным значениям в рамках базового сценария не ожидается, так как в экономике все еще сохраняются структурные проинфляционные факторы», – считает аналитик.
Эксперт перечислил факторы ускорения в 2026 году: это высокая зависимость внутреннего рынка от импорта, прежде всего продовольственных товаров, в особенности из России; резкий рост бюджетного кредитования отраслей экономики в 2026 году, который планируется довести до 858 млрд тенге против 149 млрд тенге в прошлом; а также высокие инфляционные ожидания, стимулирующие спрос на жилье и товары длительного пользования. И налоговые изменения, включая повышение ставки НДС до 16%.
При этом факторами замедления могут стать общее замедление экономической активности, ограничение роста кредитования как за счет высоких ставок, так и ужесточения микро- и макропруденциальных норм, снижение объема трансфертов из Нацфонда, соответствующее ослабление давления на денежную массу и административные меры местных госорганов по сглаживанию ценовых всплесков.
«Эффект повышения НДС будет заметен, однако частично нейтрализован тем, что фискальные издержки начали закладываться в цены уже в 2025 году. Однако инфляция по итогам января все же может достичь 12,6% против 12,3% в декабре», – отметил он.
По его словам, текущая базовая ставка на уровне 18% остается жесткой и эффективной в борьбе с монетарной инфляцией, сдерживая кредитование и внутренний спрос. Однако структура инфляции в Казахстане указывает на значимую роль немонетарных каналов.
Укрепление тенге к доллару США в конце 2025 – начале 2026 года является дополнительным дезинфляционным фактором. Высокие ставки повысили привлекательность государственных ценных бумаг для инвесторов-нерезидентов (доля которых в нотах НБРК достигла около 30%), что поддержало курс тенге и ограничило импортируемую инфляцию, добавил спикер.
«В то же время в паре с рублем тенге с начала года демонстрирует умеренное ослабление, что частично нивелирует данный эффект с учетом высокой доли импорта из России. Кроме того, ожидания относительно возможной корректировки политики Нацбанка могут повлиять на поведение инвесторов, динамику USD/KZT и инфляционные процессы», – считает А. Тайбекулы.
Инфляция в секторе услуг в 2025 – начале 2026 года остается ограниченной во многом за счет временной заморозки тарифов на ЖКХ до конца марта текущего года. Однако с окончанием действия этих мер и началом нового отопительного сезона в 2026 году ожидается переход к более высоким тарифам, что усилит ценовое давление.
«Рост регулируемых цен слабо поддается воздействию процентной ставки, что ограничивает эффективность монетарных инструментов», – пояснил А. Тайбекулы.
Инфляция в Казахстане также характеризуется выраженной сезонностью. После завершения отопительного сезона и в летние месяцы возможно временное снижение инфляции до уровней около 10%.
«Однако с осени 2026 года на фоне возобновления отопительного сезона инфляционное давление, вероятно, усилится до 11%», – добавил собеседник LS.
Возвращение инфляции к однозначным значениям возможно в среднесрочной перспективе (1-3 года), однако требует скоординированных действий правительства и Нацбанка, считает аналитик.
«Жесткая монетарная политика создает необходимые условия для стабилизации, но без снижения немонетарного давления – фискального, импортного и тарифного – ее эффект будет ограниченным», – заключил макроэкономист BCC Invest.
По словам аналитика Freedom Finance Global Данияра Оразбаева, на текущий момент ожидается замедление годовой инфляции до 10,1% к концу 2026 года. Поэтому вероятность достижения однозначной инфляции, по его мнению, достаточно высока. Этому будут способствовать заморозка роста цен на ГСМ и коммунальные услуги, которые уже начали позитивно влиять на итоговый показатель инфляции.
«Также, вероятно, стоит ждать эффекта от укрепления тенге к доллару, стабилизации курса рубля в последние месяцы и снижения мировых цен на продовольствие. К тому же продолжается замедление инфляции в ЕС и России, а инфляция в Китае остается низкой. Все эти факторы наряду с высоким уровнем базовой ставки, вероятно, окажут позитивный эффект на инфляцию», – говорит Д. Оразбаев.
По словам аналитика, учитывая снижение доходностей гособлигации на фоне интереса нерезидентов и наличие различных позитивных внешних факторов для инфляции, вряд ли стоит ожидать дальнейшего ужесточения ставки. Увеличение ставки возможно только в случае полной реализации всех рисков и других маловероятных и экстраординарных событий, добавил он.
«Основными рисками остается налоговая реформа, которая существенно меняет устоявшуюся структуру МСБ, и приостановка заморозки цен, что при худших сценариях может вызвать недополученный ранее в период заморозки рост. В таком случае, а также при ускорении инфляции в распоряжении Нацбанка остается дальнейшее повышение ставки, которое, в отличие от ее снижения, может продолжаться без ограничений», – считает спикер.
Еще одним косвенным инструментом является управление курсом доллара, которым Нацбанк всегда может воспользоваться в экстренных случаях, учитывая наличие больших валютных резервов, заключил эксперт.
Напомним, что Нацбанк нацелен на снижение инфляции до однозначного уровня (менее 10%) до конца текущего года. Об этом на недавней пресс-конференции заявил главный банкир Тимур Сулейменов. В среднесрочной перспективе цель по инфляции составляет 5%.
Источник: lsm.kz
