Инвесторам следует присмотреться к защитным активам и долгосрочным структурным трендам на фоне международного кризиса. Такое мнение LS озвучил старший аналитик Halyk FinanceТаир Егембердиев.
По его словам, одним из таких инструментов являются драгоценные металлы.
«Традиционно в периоды геополитической напряженности внимание рынка обращается к золоту. Однако важно понимать специфику этого актива: нередко в первые дни острой эскалации золото может корректироваться вниз (как это и произошло в марте). Это происходит потому, что в моменты шоков и паники на рынках инвесторы часто распродают наиболее ликвидные активы для покрытия маржинальных требований (margin calls) или перехода в наличные средства», – отметил он.
Т. Егембердиев продолжил, что по этой причине в краткосрочной перспективе риски для драгметалла остаются смещенными в сторону снижения. Золото до сих пор уязвимо к дальнейшим ликвидациям трейдеров, если сбои поставок через Ормузский пролив сохранятся, а акции продолжат коррекцию несмотря на то, что большая часть избыточных позиций по драгметаллу и крупные позиции в колл-опционах уже закрыты, добавил аналитик.
На его взгляд, в дальнейшем главным драйвером для драгметалла больше выступают макроэкономические последствия, чем сама новостная повестка конфликта. Например, риски стагфляции или изменения в инфляционных ожиданиях.
«У участников рынка на данный момент есть консенсус о цене золота в районе $5,4 тыс. за тройскую унцию. Данная стоимость поддерживается продолжающейся диверсификацией резервов центральных банков за пределами влияния США, нормализацией нынешних спекулятивных позиций и ожидаемым снижением ставки ФРС на 25 б.п.», – рассказал представитель Halyk Finance.
В то же время в среднесрочной перспективе риски смещены в сторону повышения. По его словам, если иранский эпизод вместе с более широкими геополитическими событиями, такими как Гренландия или Венесуэла, ускорит уход инвесторов в защитные активы, потенциал роста может заметно увеличиться.
«В этом контексте классические вложения в драгметалл (через обеспеченные золотом ETF), а для инвесторов с более высоким аппетитом к риску – бумаги профильных золотодобывающих фондов и компаний (например, Newmont или Barrick) стоит рассматривать как часть диверсифицированного портфеля, а не как инструмент для краткосрочных спекуляций», – подчеркнул он.
Долговые инструменты
Также инвесторы могут присмотреться к двухлетним казначейским облигациям США (2 year UST).
В Halyk Finance считают текущие опасения рынка по поводу повышения ставки ФРС избыточными. На этом фоне вышеуказанный актив предлагает баланс для фиксации текущих высоких ставок.
Как пояснил Т. Егембердиев, если же цены на нефть продолжат расти, это создаст давление на экономику США и будет выступать в качестве причины ее замедления с растущими рисками рецессии. В таком сценарии ФРС будет вынуждена перейти к циклу снижения процентных ставок для поддержания экономики. При реализации такого прогноза классические казначейские облигации (UST), включая и длинные бумаги, выступят защитным активом, и их цены вырастут.
Кроме того, на его взгляд, в текущих условиях целесообразными выглядят короткие облигации инвестиционного уровня с фиксированным купоном, поскольку стабильно высокие цены на энергоносители спровоцируют торможение глобальной экономики (рецессионный сценарий). В результате центробанки, включая ФРС, могут быть вынуждены перейти к смягчению монетарной политики.
«Это потенциально поддержит цены на надежные долговые бумаги, обеспечив портфелям определенный запас прочности. В качестве примера здесь можно рассматривать краткосрочные казначейские облигации США (UST)», – отметил он.
Локальный рынок
Здесь аналитик упомянул инструменты с фиксированной доходностью – тенговые депозиты и облигации надежных корпоративных эмитентов. По его словам, они по-прежнему могут выступать консервативным ядром портфеля, однако их привлекательность требует взвешенной оценки валютных рисков.
«На фоне текущего курса в районе 475 тенге за $1 у инвесторов могут возникать резонные опасения относительно потенциальной девальвации. Математика доходности здесь достаточно прозрачна: при инвестировании в тенговые инструменты под 18% годовых точка безубыточности по валюте находится на уровне 540-550 тенге за $1, и, если курс превысит эту отметку, валютная переоценка полностью нивелирует высокую тенговую ставку в долларовом эквиваленте», – отметил собеседник LS.
Тем не менее в Halyk Finance вероятность стремительного ослабления нацвалюты в обозримой перспективе считают маловероятной по ряду фундаментальных причин, в том числе замедления инфляционного давления. Экономика Казахстана выступает прямым бенефициаром текущих высоких мировых цен на нефть, а стабильный приток экспортной выручки формирует поддержку для платежного баланса и курса тенге.
Помимо этого, учитывая недавнюю высокую волатильность курса доллара и общую геополитическую обстановку, тенге вряд ли продемонстрирует однонаправленное движение к уровню 540-550 в краткосрочной перспективе, дополнил Т. Егембердиев.
По его мнению, в комплексе эти факторы указывают на то, что премия за риск, которую сейчас предлагают локальные тенговые инструменты, выглядит более чем оправданной и позволяет инвесторам зафиксировать высокую реальную доходность.
Структурные тренды
Аналитик рассказал, что в условиях геополитической напряженности более взвешенным подходом может стать фокус на компаниях энергетической инфраструктуры и сектора СПГ (сжиженного природного газа), где формируется долгосрочный дефицит мощностей, как, например, Enbridge или Woodside.
Также такого рода события выступают катализатором многолетнего цикла глобального перевооружения, что обеспечивает устойчивый интерес к мировому оборонному сектору.
«Отличной иллюстрацией этого тренда служат наши недавние торговые идеи, опубликованные на сайте: акции европейского концерна Rheinmetall и американской компании Kratos Defense (котировки последней взлетели на 68% после выхода нашей рекомендации)», – уточнил представитель Halyk Finance.
Он пояснил, что развитие оборонного и энергетического секторов объединяет растущая потребность в редкоземельных металлах (РЗМ), спрос на которые в текущих условиях поддерживается сразу двумя независимыми факторами.
Во-первых, это интенсивный расход боеприпасов в ходе конфликта на Ближнем Востоке и прогнозы Goldman Sachs по росту доли оборонных расходов стран НАТО (с 2,3% до 3,0% от ВВП к 2030 году).
Во-вторых, устойчиво высокие цены на традиционные энергоносители форсируют глобальный энергопереход, стимулируя развитие альтернативной энергетики и рост спроса на электромобили, производство двигателей для которых также фундаментально завязано на редкоземельных элементах.
«В качестве практической реализации данной идеи инвесторам стоит обратить внимание на крупнейшие западные добывающие компании, выступающие единственной альтернативой китайской монополии (например, на американскую MP Materials и австралийскую Lynas Rare Earths). Финансовая модель этих эмитентов строится на продаже оксидов неодима и празеодима (NdPr) – критического сырья для сверхмощных постоянных магнитов, которые необходимы как в оборонном секторе, так и в автомобильной промышленности для создания электродвигателей», – подчеркнул аналитик.
Каких инструментов следует избегать?
Т. Егембердиев считает, что рискованной стратегией является покупка нефтяных фьючерсов, опционов, маржинальных нефтяных ETF или акций компаний второго эшелона по добыче черного золото только на базе интенсивного новостного фона об эскалации, поскольку рынок закладывает худшие сценарии в цены мгновенно и такие идеи уже реализовывались.
Он напомнил, что как только риторика сторон смягчается или конфликт переходит в затяжную, но предсказуемую фазу, геополитическая премия стремительно уменьшается, оставляя инвесторов с убытками. В качестве примера аналитик привел войну в Персидском заливе в 1991 году, когда после предварительного двукратного взлета стоимость сырья снизилась на 33% за один день с началом фактической военной операции.
«Львиная доля нефтяных компаний показала позитивную динамику после взлета цен на нефть и покупать их по текущим уровням – рискованная стратегия для инвестора, поскольку любые намеки на деэскалацию повлекут за собой снижение котировок», – подчеркнул эксперт.
Другой инструмент, с которым инвесторам следует быть осторожными – казначейские бумаги с защитой от инфляции (TIPS). Собеседник LS пояснил, что потенциал этих активов на данный момент выглядит сильно переоцененным.
«Эти бумаги эффективно защищают капитал исключительно от неожиданных инфляционных всплесков. Однако на сегодняшний день текущие рыночные котировки уже впитали в себя недавний всплеск инфляционных ожиданий. Следовательно, приобретение TIPS сейчас лишено фундаментального смысла, так как если реальная инфляция окажется хотя бы немного ниже пессимистичных ожиданий рынка, доходность таких бумаг заметно отстанет от классических номинальных облигаций», – отметил он.
Кроме того, избыточный риск потери доходности несут вложения в долговые бумаги с плавающей ставкой (FRN) в преддверии ожидаемой смены монетарного цикла, добавил Т. Егембердиев.
По его мнению, в случае замедления американской экономики на фоне глобального энергетического шока и высокой стоимости заимствований регулятор будет вынужден смягчить политику и начать цикл снижения базовой ставки для поддержки рынков.
«Более того, этот сценарий фактически гарантирован политическим календарем: в скором времени истекают полномочия Джерома Пауэлла, и кресло главы ФРС займет Кевин Уорш. Его подход к монетарной политике полностью разделяется администрацией Дональда Трампа и предполагает более быстрый и агрессивный переход к снижению ставок», – уточнил представитель Halyk Finance.
Таким образом, купонная доходность инструментов FRN может продемонстрировать быстрое снижение вслед за ставкой регулятора, лишая портфель ожидаемой доходности.
Аналитик отметил, что в текущей макроэкономической ситуации единого ответа для оптимальной стратегии распределения активов нет. Он подчеркнул, что пропорции должны подбираться индивидуально, в зависимости от риск-профиля инвестора.
Источник: lsm.kz
