Среда, 09 ноября 2016 15:35

КАЗАХСКИЙ СЛЕД В ТУРКМЕНСКОМ ПОВСТАНЧЕСКОМ ДВИЖЕНИИ (март-сентябрь 1931 г.)

  • Whatsapp: whatsapp +77084442694 +77084442694
Оцените материал
(0 голосов)

Конец 20-х — начало 30-х гг. прошлого века — один из наиболее драматических этапов казахской истории. В эти годы насильственная модернизация вызвала протест в виде вооруженных выступлений [1]. Они охватили всю республику, сообщает Turkmedia

В 1929-1932 гг. имели место 372 выступления, в которых участвовало около 80 тыс.человек. Все выступления были подавлены частями и подразделениями Красной Армии, а также войск ОГПУ. За участие в движении несколько тысяч человек были осуждены, сотни расстреляны. Часть скотоводов Западного Казахстана откочевала на территорию Туркмении и, объединившись с местными племенами — йомудами, повела борьбу с Советской властью. Некоторые аспекты этой борьбы нашли отражение в ряде исследований и публикаций [2].

В этих работах основное внимание было уделено военному разгрому повстанческих формирований в сентябре 1931 г. В отличие от Н.Г. Гуджиянца и А.Л. Еськова, опиравшихся исключительно на опубликованные ранее работы и газетную периодику, Г.Н. Непесов, Ю.А. Поляков и А.И. Чугунов широко использовали архивные материалы, отразившие результаты деятельности партийных (Компартия Туркмении) и военных (Погранвойска СССР) органов. Документальная база темы была радикальным образом расширена благодаря выходу в свет в 1972 г. сборника «Пограничные войска СССР. 1929-1938», в числе составителей которого был А.И. Чугунов [3]. Заметный вклад в разработку темы внесли труды, посвященные истории Туркменского военного округа и Ташкентского высшего военного училища имени В.И. Ленина [4]. В них подробно описаны боевые действия курсантов Ташкентской военной школы, принимавших активное участие в Каракумской экспедиции 1931 г. События, имевшие место в Каракумах в сентябре 1931 г., нашли отражение и в мемуарной литературе [5]. В настоящей статье автор на основе архивных материалов стремился более полно раскрыть роль казахов в борьбе туркмен против Советской власти в 1931 г.

В ходе проведения коллективизации часть кочевников-скотоводов Западного Казахстана начала откочевку на территорию соседней Туркмении. Первые группы переселенцев появились на территории Туркменской ССР в середине марта 1931 г. Движение шло по богатой колодцами дороге вдоль Кара-Богазского залива и осуществлялось по двум направлениям: одна группа двигалась на юг, в район Красноводска [6] и Казанджика, другая продвигалась на восток, в район Кунграда и Куня-Ургенча.

Во главе первой группы, появившейся в песках Казанджикского района (600 хозяйств), стояли баи Омар Машиклы, Кумышбай и другие [7]. За первой группой появилась следующая, и к первым числам апреля в песках, на северо-востоке от Красноводска и Казанджика, насчитывалось свыше тысячи казахских скотоводческих хозяйств, которые расселились на громадном пространстве вблизи колодцев мелкими группами по 5-10 хозяйств. /49/

По данным ГПУ Туркмении, эти казахи были выходцами из 22 аулсоветов различных районов Казахстана — от Кзыл-Орды до Актюбинска и возглавлялись влиятельным духовным лицом Досан Ахуном [8]. Среди откочевавших хозяйств около половины были байскими, бежавшими от выполнения мясозаготовок [9]. 24 марта в хозяйства кочевников рода бабык, возглавляемых братьями Мустафаевыми, расположенные в районе колодца Кендерли, прибыли для переговоров работники прокуратуры из Актюбинска. Скотоводы их избили, заявив о своем намерении уйти в Иран и о готовности принять бой с частями Красной Армии [10].

Присутствие на территории Западной Туркмении казахских скотоводов, их решительный настрой и готовность к сопротивлению заметно усугубили и без того нестабильную политическую обстановку. В последних числах марта 1931 г. в Казанджик из Ашхабада прибыл 85-й дивизион войск ОГПУ. Часть дивизиона была оставлена в Казанджике, другая часть совместно с оперативниками отбыла в район колодца Каймат (в 150 км северо-восточнее Казанджика), где находилась большая группа казахских скотоводческих хозяйств. В Каймате начались аресты казахских баев и агитационная работа среди кочевников, направленная на их возвращение в Казахстан.

Арест 50 казахских баев еще более усугубил ситуацию. Известие об аресте казахских баев подтолкнуло туркменские племена йомудов, откочевавших в пески из-за несогласия с проводимой партийно-советскими органами Туркмении политикой насильственных скотозаготовок, к вооруженному сопротивлению против Советской власти. Началось сближение родовой йомудской верхушки со старейшинами казахских скотоводов [11].

К вооруженным действиям казахских кочевников подтолкнули также известия о событиях в Форте Александровске. Здесь 10-11 апреля вспыхнуло восстание казахов, во время которого восставшие захватили исправдом, выпустили на свободу 200 баев, разоружили отряд милиции и убили ряд местных партийно-советских работников. Часть повстанцев под натиском войск ОГПУ Казахстана отошла на юго-восток и развернула боевые действия в Мангышлаке и Устьюрте [12]. Стремясь освободить арестованных сородичей, казахские скотоводы стали готовить нападение на добровольческий отряд под командованием Сережникова и уполномоченного ГПУ Довнаровича. Часть этого отряда, состоявшего из туркмен-йомудов, перешла на сторону повстанцев, убив Сережникова, Довнаровича и двух милиционеров-туркмен. К повстанцам не замедлили присоединиться находившиеся неподалеку кочевники из рода бехелькеи [13].

19 апреля объединенная вооруженная группировка казахов и йомудов внезапно напала в районе колодца Каймат на насчитывавший 52 красноармейца отряд 85-го дивизиона войск ОГПУ под командованием Цейтлина. В течение четырех дней в ходе непрерывных атак повстанцы полностью разгромили отряд. Большая часть красноармейцев была перебита. 15 человек были взяты в плен и расстреляны. Из отряда спаслись только двое. Нападавшим достались захваченные в бою четыре пулемета и I се винтовки с боеприпасами [14]. Арестованные баи, конвоируемые красноармейцами, были освобождены и присоединились к повстанцам. Как позже было установлено агентурой ГПУ Туркмении, в составе объединенной вооруженной группировки активное участие приняли бехелькинцы под руководством Бегенч Караманова Таги Бердыева, Мамед Дурды Дивона и казахи во главе с Бекешем Дерметхановым.

Уничтожение отряда окрылило повстанцев и вызвало широкое движение по всему Красноводско-Казанджикскому району, принявшее «характер вооруженного восстания против Советской власти» [15]. 22 апреля другой отряд повстанцев (туркмены и казахи) под командованием Кондырбая Дыбысова разгромили поселок Ходжа-Су на берегу Кара-Богазского залива. Были сожжены все постройки и разграблены склады с продовольствием и мануфактурой. 27 апреля восставшие разгромили промыслы /50/ треста Карабогазсульфат. 29 апреля объединенный отряд казахов и йомудов во главе с Ходжа Непес Атаджановым захватил и ограбил склады у колодца Соили неподалеку от Красноводска [16]. В район колодцев Каймат, Туар, Чагыл, Ташдшен, Кумсебшен, Дахлы стали стягиваться сотни хозяйств туркменских родов: бехелъке, ак-атабай, джафарбай, карови. В течение мая-июня в этом районе оказались полторы тысячи хозяйств туркмен и казахов, ставших базой для вооруженных отрядов повстанцев, насчитывавших до 800 бойцов [17].

Командование Среднеазиатского военного округа (САВО) сразу же после разгрома отряда 85-го дивизиона послало в пески сводный отряд в 250 сабель под командованием комбрига Отдельной Туркменской бригады Мелькумова [18]. В помощь отряду был выделен один самолет-разведчик Р-3, пилотируемый летчиком Шахтом. 24 апреля Мелькумов прибыл в Каймат. Повстанцы к тому времени отошли в район колодцев Геоклен Куюсы и Чарышлы. 29 апреля Мелькумов завязал бой с отрядом повстанцев (150 человек) в районе гор. Каймат-Даг. Повстанцы (в основном казахи) упорно сопротивлялись. Бой продолжался до ночи и закончился тем, что «банда, обнаружив движение наших частей, охватывающих Каймат-Даг с севера, воспользовавшись наступлением темноты, рассеялась мелкими группами и ушла в разных направлениях, захватив с собой раненых и убитых» [19].

На следующий день Мелькумов выступил в сторону колодца Куртыш для разгрома крупной повстанческой группировки, состоявшей из текинцев Бахарденского и Геок-Тепинского районов [20]. 3 мая его отряд завязал длившийся весь день ожесточенный бой с текинцами. С наступлением темноты Мелькумов отошел к колодцу Игды на отдых [21]. Спустя несколько дней его отряд был выведен из Каракумов и сосредоточен в Кизыл-Арвате. Штаб САВО дал распоряжение «действовать накоротке решительным ударом, не ввязываясь в бои в песках» [22]. Командование округа не хотело использовать войска для выполнения полицейских функций [23].

Тем временем объединенные группировки казахских и туркменских скотоводов активизировали свои действия в Западных Каракумах. Трудности с продовольствием диктовали им единственно возможную тактику: грабеж населенных пунктов, находящихся вдоль Кара-Богазского залива и железной дороги.

Руководство ГПУ Туркмении активизировало меры по борьбе с повстанческим движением. В пески были посланы отряды войск ОГПУ под командованием Кабисского и Гонты, а также десантный отряд Ламанова [24]. 9 мая отряд Гонты (70 всадников) прибыл к колодцу Соили (50 км восточнее Красноводска) и начал вести наблюдение за колодцем Арфа. 11 мая повстанческий отряд общей численностью 100 человек, состоящий из туркмен и казахов под командованием Ходжа Непес Атаджанова, Бегенч Караманова и Дурды Ходжаева напал на колодец Соили. После того, как на помощь отряду Гонты подошел отряд Кабисского (70 сабель), повстанцы, потеряв шесть человек убитыми и десять ранеными, отошли. Отряд Гонты на автомобиле в сопровождении 50 сабель предпринял попытку настичь повстанцев, но безуспешно, так как они рассеялись в окрестностях колодцев Соили [25]. Часть повстанцев остановилась у колодца Гурджи (40 км восточнее железнодорожной станции Белек), где ожидала подхода отряда Кабисского. Но последний отошел на отдых к станции Белек. Другая часть повстанцев отступила к колодцу Арфа, после чего присоединилась к основной группе [26]. 22 мая руководством ГПУ Туркмении для ликвидации повстанческих отрядов, действовавших в районе родника Ходжа-Суфи, был послан отряд 63-го дивизиона войск ОГПУ численностью 84 сабли. Отряд же Кабисского был направлен в сторону колодца Гезели-Ата (80 км северо-восточнее Джебела) с последующим выходом на колодец Туар.

Объединенная казахско-йомудская вооруженная группировка (400 всадников) под командованием Бекеша Дерметханова и Таги Бердыева находилась в районе коло/51/цев Гезли-Ата и Оюклю (80 и 100 км севернее железнодорожной станции Бала-Ишем) [27]. 26 мая у колодца Терсакан (35 км северо-западнее Гезли-Ата) повстанцы вошли в соприкосновение с отрядом Кабисского. Бой длился с перерывами четыре дня — с 26 по 29 мая. В результате отряд Кабисского, истощив боеприпасы и потеряв шесть человек убитыми и семь ранеными, отошел в направлении Красноводска [28]. Повстанцы, потеряв около 50 человек, ушли в северо-восточном направлении. По пути они натолкнулись на боевое охранение 63-го дивизиона, продвигавшегося от родника Ходжа-Суфи через колодцы Туар и Терсакан [29]. Разбитые дивизионом повстанцы рассредоточились. Одна часть отошла на юг, в сторону колодцев Коймат и Гезли-Ата, другая вновь заняла колодец Терсакан сразу же после того, как он был покинут дивизионом [30]. В это же время десантная группа под командованием начальника Красноводского боеучастка Ламанова высадилась в Ходжа-Суфи на побережье Кара-Богазского залива и начала продвигаться в направлении колодца Туар [31]. Серьезных столкновений с повстанцами отряд Ламанова не имел и спустя некоторое время возвратился в Красноводск. На места постоянной дислокации были отведены и другие отряды.

Действия войск ОГПУ существенных результатов не принесли. В этих условиях руководство ОГПУ в Средней Азии стало настойчиво требовать от командования САВО направления регулярных частей Красной Армии для ликвидации повстанческого движения в Каракумах [32]. 13 июня 1931 г. Реввоенсоветом САВО была поставлена задача туркменской группе войск «комбинированными действиями конницы и пехоты из районов Кизыл-Арвата, Казанджика, Джебела, Ташауза и авиацией нанести удар по основным группировкам банды, расположенным на колодцах Орта-Кую, Геоклен-Куюсы, Коймат, ликвидировать бандитизм в Каракумских песках» [33]. Однако 19 июня операция в Каракумах была отменена и перенесена на осень [34].

В течение июля-августа казахско-йомудская группировка вытеснила из северо-восточной части Красноводского района подразделения войск ОГПУ и добровольческие отряды, вновь разгромила фактории и кооперативы, совершила нападение на Казанджик, организовала крушение двух почтовых поездов, ограбила и сожгла Ягманские угольные копи, попыталась напасть на станцию Джебел [35]. Власть в песках Каракумов практически полностью принадлежала повстанцам. Их руководящий центр находился в районе колодца Чагыл. В его состав входили Таги Бердыев, Мамед Дурды Дивона, Бегенч Караманов, Бекеш Дерметханов и другие. Идейным руководителем стал Эйли Ахун. Функции политического и военного руководства выполнял Мамед Дурды Дивона [36].

К началу сентября казахско-йомудская группировка насчитывала до тысячи вооруженных бойцов. Из них 150 человек были казахами, находившимися в подчинении Бекеша Дерметханова и Умарбая Тлеубергенова [37]. Большего числа вооруженных людей 200 казахских хозяйств выставить не могли. Что касается остальных 800-1000 хозяйств, то они еще в конце мая — начале июня откочевали обратно в Казахстан [38]. Казахская вооруженная группировка уступала по численности туркменской в несколько раз. Но ее высокая боеспособность позволяла ей на равных принимать активное участие не только в грабежах и налетах, но и в боевых стычках с подразделениями войск ОГПУ и Красной Армии.

После того, как руководство объединенной казахско-йомудской группировки получило сведения о готовящейся против них войсковой операции, оно приняло решение не откочевывать, а оказать сопротивление. В районе колодцев Туар и Чагыл повстанцы под руководством Бегенч Караманова, Ходжа Непес Атаджанова и Бекеша Дерметханова приступили к рытью окопов [39]. Главные силы повстанцев были сосредоточены в районе колодцев Туар, Чагыл и Огламыш. /52/

По плану командования полевого штаба САВО, из Красноводска на колодец Туар наступал сводный мотомеханизированый отряд под командованием Ламанова [40]. Его силы состояли из двух стрелковых взводов (48 человек) на автомобилях при шести пулеметах (курсанты и начсостав Объединенной среднеазиатской военной школы имени В.И. Ленина), 28 красноармейцев 85-го дивизиона войск ОГПУ, саперного взвода (25 человек), автомотороты (86 человек), добровольческого отряда (42 человека), пяти танкеток Т-27 и бронемашин [41].

К окрестностям колодца Туар отряд Ламанова вышел утром 12 сентября. Бронемашины не смогли передвигаться по песчаным дорогам и их под охраной добровольческого отряда оставили на колодце Соили [42].

Вид танкеток вызвал замешательство у повстанцев, находившихся в боевом охранении [43]. Но Бекеш Дерметханов быстро сориентировался в обстановке. При подходе мотомехотряда он послал навстречу парламентера с письменным заявлением на русском и казахском языках о готовности сдаться [44]. Ламанов попался на эту уловку, и отряд без нужных мер предосторожности двинулся к Туару. При этом командование отряда оторвалось от колонны и двигалось на первой автомашине, которая была обстреляна. Ламанов, Требушной (командир автороты), Шкуров (командир сводной роты курсантов) и еще несколько человек были вынуждены залечь в пески и не смогли командовать отрядом, который, услышав выстрелы, остановился в километре от засады.

Оставшиеся с отрядом командиры (начальник штаба и другие) не приняли быстрых мер к развертыванию отряда и выручке командования. В результате машина с командованием отряда оставалась под обстрелом повстанцев более пяти часов [45]. При подходе основных сил мотомехотряда, усиленного огневой мощью танкеток, повстанцы более двух часов оказывали упорное и ожесточенное сопротивление. Во время боя они прибегали к различного рода ухищрениям: маскировались в песке и в зарослях саксаула, имитируя сдачу, выбрасывали красные или белые флаги и открывали внезапный огонь по приближающимся, отвлекали внимание курсантов и красноармейцев выставлением папах на палках, обстреливая их при этом с других позиций [46]. Но огонь танкеток и обстрел с самолета предрешили исход боя, который закончился разгромом Туарского очага сопротивления. 144 повстанца были захвачены в плен. В их числе были руководители: Бекеш Дерметханов, Умарбай Тлеубергенов и Жандырбай Джумабаев [47]. Часть повстанцев отошла в направлении колодца Чагыл, находившемся в 25 км от Туара. В виду недостатка бензина мотоотряд преследовать их не смог и выступил в сторону колодца Чагыл лишь на следующий день.

Решающее сражение развернулось 13 и 14 сентября у колодца Чагыл. Количество вооруженных повстанцев, оборонявших колодец, достигло 600 человек. Основное ядро составляли бехелькинцы, джафарбайцы, ак-атабайцы и казахи. Командованием повстанцев район колодца Чагыл был серьезно подготовлен к обороне: были вырыты окопы по фронту (3 км) и в глубину (до 4 км)48. В семь часов утра 13 сентября повстанцы завязали бой со 2-м Туркменским кавалерийским полком. Их позиции трижды бомбардировались с воздуха. В первый день боя в налете участвовало четыре самолета, а во второй день — 22 [49]. Несмотря на мощную бомбардировку с воздуха, паники в рядах повстанцев не наблюдалось [50]. Более того, по самолетам велся организованный залповый огонь. В результате четыре самолета получили пробоины, один летчик был легко ранен в ногу [51].

Оборонявшие Чагыл дрались ожесточенно. Несмотря на угрозу гибели под гусеницами и от пулеметного огня, отдельным смельчакам удавалось вплотную приблизиться к танкеткам и открывать огонь по смотровым щелям. В ходе боя была сожжена танкетка, попавшая в заранее вырытую и замаскированную яму, экипаж был уничтожен. Руководство боем со стороны командования повстанцев, как неоднократно отмечалось в оперативных документах, было продуманным и тактически гра/53/мотным [52]. Поскольку все основные силы повстанцев были задействованы против подразделений 2-го Туркменского кавалерийского полка, колодец Чагыл со стороны Туара был прикрыт лишь небольшим заслоном в 40 человек [53]. При подходе к Чагылу командование мотомехотряда активных действий не принимало, ограничившись высылкой одной танкетки в разведку. Это дало возможность повстанцам перебросить часть сил против наступающего мотомехотряда, которому было оказано ожесточенное сопротивление [54]. Мотомехотряд был скован атакующими действиями повстанцев. Лишь ранним утром следующего дня, благодаря бомбардировке позиций повстанцев с воздуха, мотомехотряду удалось перейти в атаку и опрокинуть заслон. Кавалерийской атакой подразделений 2-го Туркменского полка позиции оборонявшихся были прорваны, и повстанцы стали отходить в сторону колодцев Дахлы и Кара-Ишан [55].

В бою за Чагыл мотомехотряд потерял четырех человек убитыми, двух — ранеными; 2-й Туркменский кавалерийский полк — 8 убитыми и 11 ранеными. В числе убитых были командир отряда И.И. Ламанов и преподаватель тактики А.П. Соколов [56].

Впереди был последний крупный бой у колодца Дахлы. Среди участников этого боя не было казахов. Там до последнего патрона оборонялись туркмены-йомуды: бе-хелькинцы, ак-атабайцы и карови [57]. В бою участвовали женщины и дети [58]. Повстанцы потеряли 216 убитыми и 59 пленными. Курсанты Ленинской школы под командованием Малышева совместно с подоспевшими подразделениями 1-го Туркменского кавалерийского полка, применяя артиллерию, гранатометы, поддержанные авиацией, сломили сопротивление и захватили колодец Дахлы [59]. Курсанты потеряли 30 человек убитыми и 28 ранеными [60].

Казахское участие в туркменском повстанческом движении в период с марта по сентябрь 1931 г. было заметным. Именно казахи, откочевавшие из Казахстана в Западные Каракумы, подтолкнули туркмен-йомудов к вооруженной борьбе против Советской власти. Казахские родовые вожди, войдя в контакт с вождями бехелькин-цев и джафарбайцев, начали играть организующую роль в туркменском сопротивлении. Казахские вооруженные отряды принимали самое непосредственное и активное участие в военных действиях. Более того, именно они в первых столкновениях с регулярными частями Красной Армии (апрель 1931 г.) продемонстрировали умение вести военные действия. Находясь на чужбине, в окружении превосходящего по численности этноса, казахи не растворились в нем, а заняли свою нишу, сумев на заключительном этапе туркменского повстанческого движения сыграть в нем организующую и, в известной мере, ведущую роль.

Не все было гладко во взаимоотношениях казахов и туркмен-йомудов. Порой имели место столкновения на почве нехватки воды, продовольствия, обеспечения лошадьми и т.д. Но интересы борьбы диктовали казахам необходимость идти на компромиссы. В столкновениях с отрядами ОГПУ и Красной Армии казахи демонстрировали образцы героизма, смелости, воли к победе, умения гибко приспосабливаться к обстановке, быстро реагировать на изменение ситуации. Опыт борьбы туркменских повстанцев с советскими войсками, накопленный в предшествующий период (на протяжении 1920-х гг.), был дополнен борьбой казахских повстанцев с подразделениями войск ОГПУ и Красной Армии в 1929-1930 гг. на территории Западного и Центрального Казахстана (Сузак, Тургай, Батпаккара). Отнюдь не умаляя заслуги туркменских родоплеменных вождей в борьбе против Советской власти с марта по сентябрь 1931 г., следует подчеркнуть роль казахских старейшин, внесших свой вклад в ее организацию и проведение. Ярким примером служит Бекеш Дерметханов — в прошлом бывший гурьевский волостной управитель [61]. /54/

© 2004 Т. К. АЛЛАНИЯЗОВ

ПРИМЕЧАНИЯ

1. См.: Омарбеков Т. Зобалан (Тревожные годы). Алматы, 1994 (на каз. яз.); он же. Трагедия Казахстана в 20-х — 30-х годах. Алматы, 1997 (на каз. яз.); Алланиязов Т.К. «Контрреволюция» в Казахстане: Чимбайский вариант. Алматы. 1999; Алланиязов Т.К., Таукенов А.С. Шетская трагедия. Из истории антисоветских вооруженных выступлений в Центральном Казахстане в 1930-1931 гг. Алматы, 2000.

2. Непесов Г.Н. Победа Советского строя в северном Туркменистане (1917-1936 гг.). Ашхабад, 1950; Гурджиянц Н.Г., Еськов А.А. Коммунистическая партия (большевиков) Туркменистана — организатор и руководитель разгрома басмаческой авантюры 1931 г. // В.И. Ленин и исторические судьбы туркменского народа. Ашхабад, 1975; Поляков Ю.А., Чугунов А.И. Конец басмачества. М., 1976; Зевелев А.И., Поляков Ю.А., Чугунов А.И. Басмачество: возникновение, сущность, крах. М., 1981.

3. Пограничные войска СССР. 1929-1938. Сборник документов и материалов. Сост. Иванчишин П.А., Чугунов А.И. М., 1972.

4. Боевой путь войск Туркменского военного округа. М., 1959; Ташкентское Краснознаменное и ордена Красной Звезды военное училище имени В.И. Ленина. Краткий исторический очерк. Ташкент 1958; Ташкентское общевойсковое училище имени В.И. Ленина (Краткий исторический очерк о Ташкентском высшем общевойсковом командном Краснознаменном ордена Красной Звезды училище имени В.И. Ленина). Изд. 2-е, испр. и доп. Ташкент, 1978; Ташкентское Краснознаменное: Очерки истории Ташкентского высшего общевойскового командного Краснознаменного ордена Красной Звезды училища имени В.И. Ленина. Ташкент. 1988.

5. Лященко Н.Г. Годы в шинелях (Юность командирская). Фрунзе, 1973; он же. Время выбрало нас. М., 1990.

6. Ныне город Туркменбаши.

7. Российский государственный архив социально-политической истории (далее — РГАСПИ). Ф. 62. Оп. 2. Д. 2549. Л. 56.

8. Там же. Д. 2544. Л. 8.

9. Там же. Д. 2545. Ч. 1.

10. Там же.

11. Там же. Д. 2549. Л. 56.

12. Там же. Д. 2545. Ч. 1. Л. 118.

13. Бехельке и джафарбай — фратрии туркменского племени йомудов.

14. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 2544. Л. 18.

15. Там же. Д. 2549. Л. 48.

16. Там же.

17. Там же. Д. 2544. Л. 63-64. 65-66.

18. Там же. Д. 2549. Л. 106.

19. Там же. Л. 120.

20. Там же. Л. 121.

21. Там же.

22. Там же. Л. 159.

23. Российский государственный военно-исторический архив (далее — РГВИА). Ф. 25895. Oп. 1. Д. 62. Л. 12-13.

24. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 2544. Л. 64.

25. Там же. Д. 2545. Ч. 2. Л. 321.

26. Там же. Л. 352.

27. Там же. Д. 2544. Л. 64.

28. Там же.

29. Пограничные войска СССР. С. 195.

30. Там же. С. 194.

31. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 2544. Л. 64.

32. Там же. Д. 2545. Ч. 2. Л. 269.

33. Пограничные войска СССР. С. 195.

34. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 2539. Л. 61.

35. Пограничные войска СССР. С. 205-206.

36. Там же. С. 220.

37. РГВИА. Ф. 25895. Oп. 1. Д. 873. Л. 59, 60, 74.

38. РГАСПИ. Ф. 62. Оп. 2. Д. 2544. Л. 66; Д. 2546. Ч. 1. Л. 53.

/55/

39. 39 Там же.. Д. 2546. Ч. 2. Л. 228.

40 РГВИА. Ф. 25895. Oп. 1. Д. 722. Л. 15.

41 Там же. Д. 719. Л. 47.

42 Там же. Д. 400. Л. 31.

43 Там же. Л. 36; Д. 873. Л. 10.

44 Ташкентское Краснознаменное… С. 121.

45 РГВИА. Ф. 25895. Oп. 1. Д. 719. Л. 324.

46 Там же. Д. 400. Л. 31; Ташкентское Краснознаменное… С. 122.

47 РГВИА. Ф. 25895. Д. 400. Л. 31.

48 Там же. Д. 871. Л. 87.

49 Там же. Д. 400. Л. 36; Д. 871. Л. 87.

50 Там же. Д. 719. Л. 149.

51 Там же. Д. 400. Л. 36.

52 Там же. Д. 719. Л. 149.

53 Там же. Л. 324.

54 Там же.

55 Там же. Д. 400. Л. 44.

56 Там же. Л. 36.

57 Там же. Л. 85.

58 Там же. Д. 871. Л. 111.

59 Там же. Д. 400. Л. 85.

60 Ташкентское Краснознаменное… С. 132.

61 Гурджиянц Н.Г., Еськов АЛ. Указ. соч. С. 86.

Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Прочитано 1547 раз